Зорро жил в компьютере и был чертовски одинок. Народ Калифорнии обожал его за помощь в борьбе с испанскими угнетателями, дворяне же, напротив, боялись и ненавидели. Однако, несмотря на столь повышенное внимание к его скромной персоне, мексиканский Робин Гуд чувствовал себя так, словно он один-одинешенек в подлунном мире.

Возможно, причиной тому было его лицо - плоское, мертвенно-бледное, лишенное даже тени эмоций, с чертами, будто нарисованными угольным карандашом. Жутковатый облик завершали две симметричные точки на ноздрях и кривые усики под ними, отчего нос походил на рубильник годовалого хряка. Зорро не стыдился своего уродства, ибо ему никогда не доводилось наблюдать собственное отражение: бледный мир цифровой Калифорнии был лишен не то что зеркал - даже прозрачных водоемов не было. Впрочем, каким-то шестым чувством он все же осознавал неправильность окружавших его вещей. Непроизвольные судороги настигали Зорро при каждой встрече с отцом - лицо, намалеванное на грубой, словно из дерева вырезанной голове сеньора де ла Вега, напоминало скорее о практически истлевших мертвяках, чем о живом человеке. Длинные треугольные пальцы-когти, походка гаитянского зомби и нелепый камзол вызывали характерные сокращения желудка. А уж каких трудов ему стоило смотреть на карикатурные черты сарагосского губернатора-злодея и фантастически плоские, словно отшлифованные наждаком, лица охранников! Как видите, наш герой был известным храбрецом.

Телодвижения Зорро мало походили на настоящие. Было что-то жуткое в его неумении пятиться назад, уникальной способности развернуться на 360 градусов, не шевельнув ногой, и в том, сколь безвольно висели кисти его рук, пока он крался мимо заснувшего на посту охранника. Знаменитая черная накидка дергалась во время ходьбы так, словно в прошлой жизни была туго накрахмаленной занавеской, для верности вымоченной в креозоте. Удачным взмахом этого элемента одежды можно было бы запросто сносить головы, но, увы, Зорро об этом даже не подозревал.

Да и, собственно, вряд ли стал бы - он, как назло, состоял в рядах убежденных пацифистов. О да, Зорро великолепно фехтовал, делал финты и ловко отражал жалкие выпады вечно полупьяных охранников, удивляя своей почти что кошачьей пластикой, но никогда не опускался до убийства. Вымотав противника парой-тройкой Z-образных финтов, наш герой внезапно удалялся по своим делам, в то время как его визави падал оземь и... засыпал. Вынужденный отдых, впрочем, длился недолго. Уже спустя полминуты неприятель бодро потягивался, вставал на ноги и, едва увидев Зорро, вновь принимался нарезать окружности, сопровождая действо криками неудовлетворенного самца павиана. Рассерженный Зорро пробовал стрелять из пистолета и швырять бомбы, но - безрезультатно. Убитые вражины исправно храпели все те же тридцать секунд, а затем, покачиваясь и потирая ушибленную при падении задницу, возвращались в горизонтальное положение. Зорро смутно осознавал, что подобного быть не должно, и все-таки истина ускользала от него, заставляя вновь и вновь дивиться феномену неуязвимости, казалось бы, простых смертных.

А по утрам, отдыхая после очередного бестолкового задания, Зорро видел сны. Ему казалось, что он - не более чем марионетка в руках по-шутовски одетого подростка, сжимающего в руках белую продолговатую штуковину с кнопками. Зорро понимал, что всеми успехами в схватках обязан ловкости именно его пальцев. Вперед-вправо-влево-вперед. Если тот успевал правильно и в нужном порядке нажать четыре указанные на экране кнопки, Зорро одерживал верх над неприятелем. Влево-вправо-вниз-вниз. Неудача - и героя тут же окружала целая свора испанцев. Вверх-вниз-влево-влево. Потерпевший фиаско ребенок выбирал пункт "Continue" в стилизованном "под комикс" меню, и храбрец немедля возрождался подле исчерченного буквой Z плаката "Wanted". Играем в жизнь Зорро, дубль двадцать восьмой. Уже просыпаясь, Зорро отчетливо слышал проклятья, изрыгаемые подростком в адрес таинственной "камеры", что забывает вовремя повернуться, неких "программистов", ответственных за "лаги в управлении" и даже гнусные намеки на половую ориентацию загадочных "дизайнеров".

...Однажды, сбросив с себя остатки кошмарного сна, Зорро вышел в сад, сорвал с изгороди лист плюща и в очередной раз подивился его нулевой толщине. Он прошел под изломанной дугой унылой арки, громко свистнул и увидел Торнадо, семенящего в его сторону паучьей походкой. Вблизи тело лошади казалось плохо склеенной конструкцией из нескольких многогранников. "Унеси меня отсюда, друг мой", - прошептал Зорро скакуну. Adios, губернатор-буратино, прощайте, зомбированный папуля, горцы-охранники, унылые стены однообразных домов и плоские придорожные кактусы. Зорро вскочил на коня, сорвал с себя плоскую маску-текстуру и бросил ее на землю, никогда не знавшую пыли.

Жители тех краев говорят, что в окрестностях и по сей день бродит тень великого фехтовальщика. Она пугает ночную стражу, мерзко хохочет, поражает очевидцев великолепно заученными движениями и тщетно пытается одолеть последнюю, пятую миссию. Впрочем, есть и другие, утверждающие, что Зорро никогда не было, - легенда умерла in utero.

Тень Зорро патчи игры